Свой среди чужих. Выдержка Кузнецова ставила в тупик контрразведку врага

Николая Кузнецова считают одним из лучших советских разведчиков Второй мировой войны. В тылу врага он провёл в общей сложности 16 месяцев, первым отправив в центр информацию о подготовке покушения на Сталина во время его встречи в Тегеране с Черчиллем и Рузвельтом и оповестив советское командование об операции «Цитадель» на Курской дуге, — о ней он узнал лично от рейхскомиссара Украины Эриха Коха, попав к нему на аудиенцию под видом обер-лейтенанта Пауля Зиберта.

Ко Дню военного разведчика, отмечаемому 5 ноября, автор книги «Легендарный Кузнецов (загадки и тайны жизни и смерти)» Лев Моносов рассказал «АиФ» новые подробности о спецагенте с позывным «Колонист» (так именовали Кузнецова в донесениях, предназначенных для Кремля).

Впитывал знания как губка 

— Родился разведчик в селе Зырянка Талицкого района Свердловской области в семье старообрядцев. Вихрь революции занёс в эти отдалённые места интересных людей. Школьным учителем немецкого у мальчика была Нина Автократова, выпускница Женевского университета. В селе жил немец, аптекарь Краузе, с которым Николай практиковал язык. Ребёнком он любил книги о героях, которые жертвовали жизнью ради Отчизны. Изучал их биографии, анализировал черты характера, стараясь подражать.

Николай Кузнецов. Фото: Public Domain

В городке Кудымкар, куда Кузнецов приехал после учёбы в лесном техникуме, с ним занимался полиглот Николай Вилесов, знавший 8 языков. А в Свердловске, как считается, произошла его встреча с Ольгой Михайловной Весёлкиной, по матери урождённой Столыпиной. Её брат был адъютантом Николая II, а сама она — фрейлиной императрицы Александры Фёдоровны. Училась в Сорбонне, стажировалась в Германии, революцию встретила начальницей Александровского института благородных девиц. Как чуждый элемент её отправили из Москвы в ссылку, где она прошла путь от уборщицы в библиотеке политехнического института до завкафедрой иностранных языков. И вела курсы немецкого, которые посещал Кузнецов. Николай впитывал знания, включая лекции Весёлкиной по истории и искусству Германии, как губка. Одновременно присматривал в Свердловске и за немецкими специалистами — порядка 900 человек, которые приехали на стройку промышленного гиганта Уралмаша.

Родители и сёстры Николая Кузнецова. Село Зырянка, 1915 год. Фото: Из книги «Легендарные разведчики-2» Николай Долгополов. Жизнь замечательных людей.

Под подозрением у чекистов

Тем, кто отрицает, что простой деревенский парень мог виртуозно овладеть немецким языком, приведу в пример переводчика Сталина Валентина Бережкова. Незадолго до войны он работал на встрече Молотова с Гитлером, который ему заявил: «Вы же немец! Вы должны вернуться на историческую родину!» Сказал это русскому пареньку, который окончил вечерние курсы иностранных языков. Кузнецов тоже не имел высшего образования: мешало клеймо сына кулака после подмётного письма одного из сокурсников в техникуме, который банально завидовал успехам Николая. Тогда Кузнецова исключили из комсомола и не выдали диплом. Однако позже его яркие таланты заинтересовали чекистов, которые привлекли его к работе. И вновь удар — будущего разведчика арестовывают в начале 1938 года, во время чисток. К счастью, не расстреливают, а выпускают через полгода.

Прима Большого обучала манерам 

И уже в середине 1938 года Кузнецов, как особо ценный и засекреченный агент, переведён в Москву с целью внедрения в дипломатическую среду как немецкий инженер Рудольф Шмидт. Его начальник на Лубянке Леонид Райхман попросил свою жену, приму-балерину Большого Ольгу Лепешинскую, выросшую в дворянской семье, обучить разведчика этикету. В столичных салонах Кузнецов знакомится с актрисой Ксаной Оболенской, с которой у него завязывается страстный роман. Когда в 1942 году Кузнецова направят в отряд спецназначения вблизи оккупированного Ровно, он попросит товарищей: в случае гибели сообщить Ксане, кем он был на самом деле. Но женщина, искренне любившая Николая, отказалась в это поверить, когда эту историю ей рассказал непосредственный командир Кузнецова, Герой Советского Союза полковник Дмитрий Медведев.

Николай Кузнецов. Фото: Public Domain

Не мелькнуло и тени подозрения у гауляйтера Восточной Пруссии Эриха Коха, к которому «Колонист» попал на личный приём и с кем он проговорил полтора часа не просто на немецком языке, но ещё и используя нацистский партийный сленг. Услышав, что Зиберт прибыл в Ровно из-под Курска, Кох, подойдя к карте, указал место: «Здесь мы сломаем русским хребет. Возвращайтесь туда срочно». Это была первая достоверная информация о планах вермахта по наступлению на Курской дуге.

Кузнецова выдал «крот» в декабре 1943-го. Предатель был из подпольного горкома партии в Ровно. На разведчика рассылают ориентировки с фото. При попытке задержания патрулём около Львова Кузнецов убивает майора и таранит машиной шлагбаум. Вскоре оставляет авто и идёт пешком на восток.

Жизнь разведчика оборвалась 9 марта в неполные 33 года. На окраине села Боратин он постучался в дом Степана Голубовича, попросив еды. Немецкая форма в бандеровских местах была оберегом. Его накормили, но вскоре в избу ворвался местный атаман, знакомый с ориентировкой: «Это Зиберт!» Кузнецов выхватил гранату для последнего боя… Его тело, прикопанное снегом, обнаружили немцы. У тех всё было просто: за убитого офицера сжигали деревню, о чём и объявили старосте. Тот выдал убийц. Всю бандеровскую верхушку расстреляли, а Кузнецова похоронили с почестями как немецкого офицера.

Больше 10 лет друг Кузнецова партизан Николай Струтинский разыскивал могилу разведчика. Были проведены эксгумация и опознание. Я беседовал с врачом партизанского отряда «Победители» Альбертом Цессарским, знавшим Кузнецова. Всё сошлось: и минные взрывные травмы рук и головы, и клочки чёрного свитера, который «Колонист» всегда носил под немецкой формой. А работа профессора Герасимова, воссоздавшего по черепу облик убитого, не оставила сомнений.

Могила Николая Кузнецова во Львове, 2008 г. Фото: Public Domain

Месть павшему

— В 1960 году легенду разведки похоронили на холме Славы во Львове. Летом 2025-го бандеровцы экскаватором сровняли этот пантеон с землёй, уничтожив 200 могил, в том числе захоронение Николая Кузнецова. Даже деревья выкорчевали. Вы знаете, что в дивизию СС «Галиция» был конкурс 10 человек на место (сравните с Белоруссией, где считалось, что хороший немец — мёртвый немец), — продолжает Лев Моносов. — А Хрущёв выпустил этих бандеровцев по амнистии, и вернулись больше 100 тысяч. Я читал в архиве документы, когда на закрытом совещании в 1960-е военные констатировали: сейчас на Западной Украине ситуация хуже, чем в 1941-м.