В аду нет дорог и правил. Боевые «тачанки» Апостола давят смерть колесами

По фронтовым дорогам никто не ездит, тут летают, забыв про тормоза. А если машину подбивают, то на её эвакуацию выезжает специальная команда технического спецназа. Задача — спасти людей и, если получится, машину, а ещё отбиться от «эфпивишек» врага.

Тормоза придумали трусы

Гонки по фронтовым дорогам ещё то удовольствие. К концу дороги, лично у меня, даже страх попасть под удар «эфпивишкой» уступает место тошноте от безумной тряски. А стоит за время дороги ещё пару-тройку раз приложится головой о кузов машины, то забываешь обо всем: гул стоит в башке, словно ею били в колокол. 

Но как по мне, лучше трястись в уазике-буханке и биться головой о стенки машины, чем сидеть на заднем сиденье двухдверной «Нивы». В «двухдверке» пассажир сзади заложник ситуации: доехали до мест — повезло. Попали под раздачу — считай покойник: выбраться в бронике из машины не реально.

В этот раз я должен был стать частью команды механиков БАРС-3, ехавшей вытаскивать людей и, по возможности, подбитую дроном машину, с «передка». Руководил операцией замкомбата Денис Григорьев с позывным Апостол. Машины и оружие в батальоне — его вотчина. Но когда не хватает водителей или ситуация рискованная, то с группой на БЗ (боевое задание) Апостол выезжает сам. В этот раз было и то и другое.

Денис Григорьев с позывным «Апостол» Фото: АиФ/ Дмитрий Невзоров

«Едут только военные»

Пока в машину грузили «запаски» (запасные колеса — ред.) и какие-то ящики с инструментами, из беглых разговоров бойцов я понял, что сбросом с дрона ВСУ в машине повреждены колеса и, судя по всему, двигатель, так как его не получается завести. Водитель подбитого «уазика» жив и прячется в «зеленке».

«Сейчас дело к вечеру, сереет, думаю вытащим и человека, и технику», — на ходу объяснил Апостол и скомандовал, чтобы все грузились в машину. Когда я тоже попытался забраться в машину, Апостол меня остановил окриком: «Едут только военные».

Спорить было бесполезно, я прекрасно понимал, что мои журналистские «хотелки» на передке всем до фонаря. Замкомбату надо выручать людей и технику, а не прикрывать военкора.

«Вернемся — расскажу», — уже из машины примирительно крикнул Апостол и нажал на газ. Я махнул в ответ рукой, дескать понимаю, езжайте с Богом.

Денис Григорьев с позывным «Апостол» Фото: АиФ/ Дмитрий Невзоров.

Прокачанные «звероящеры»

Чтобы машина стала по настоящему боевой единицей, в третьем БАРСе её прокачивают по полной. За почти четыре года боевых действий опыт наработан немалый. Это по началу, когда дроны противника ещё не так свирепствовали, можно было с машинами сильно не заморачиваться, главное кинуть пару запасок и подгадать время для выезда на передовую. Затем риски выросли: стало больше дронов с камерами ночного видения, а следом малым небом полностью завладели FPV-дроны. И вот тогда пришлось проявлять чудеса смекалки.

Механики добровольцев начали не только наваривать на машины решетчатые мангалы, но укреплять днища и крыши авто своих «тачанок» подручными средствами. Бензобаки закрывают стальными листами от осколков, а на крыши стали укладывать слои нарезанных шин от грузовых машин.

В гараже мне показали такую машину. С виду это был настоящий монстр, похожий на звероящера Юрского периода: зелено-коричневый, со всех сторон на борта наварены решетки, а на крыше в несколько слоев, как чешуя, лежат нарезанные кусками колесные скаты.

«Это же не просто резина, — объяснил мне один из механиков, крепившей „чешую“ к крыше. — Она усилена металлическим кордом». Боец передал мне в руки кусок резины, в срезе которого хорошо было видно несколько десятков слоев металлической проволоки-корда. По словам добровольца на практике не раз проверено, что если даже «эфпивишка» пробьет мангал, то резина отобьет взрывную волну.

Кстати, в этих самых степях, во время Гражданской войны в России в начале прошлого века, тоже носились тачанки: 1-я конармия Буденного рубила шашками и выкашивали из пулеметов банды Махно и украинских гайдамаков Петлюры. Сейчас боевые «тачанки» третьего БАРСа колесят по фронтовым дорогам и, судя по всему, готовятся к большому наступлению в Запорожье.

Водитель БАРС-3 Дмитрий Кармановский с позывным «Беломор». Фото: АиФ/ Дмитрий Невзоров

Раздавил «птицу» колесами

В последнее время на машины стали устанавливать системы РЭБ для подавления связи дрона с оператором. Бывали случаи, что беспилотники падали, не долетая машины, врезались в землю и взрывались прямо перед носом. Я вспомнил, что о таком случае слышал от легендарного и самого бесстрашного водителя БАРС-3 Дмитрий Кармановский с позывным Беломор. 

«Камик» рухнул прямо перед машиной, но не взорвался. Я даже баранкой крутнуть не успел, так и проехал по нему. Раздавил на ухнарь. Дрон, кстати, опять не взорвался. Повезло«, — рассказал Беломор, когда мы пили с ним чай в землянке.

В апреле этого года, после Пасхи, Дмитрий женился. Я его поздравил, а заодно спросил про медовый месяц. Он ответил: «Как получится», а вскоре я узнал, что Беломор вновь гоняет на своей «буханке» по передовой.

Несколько дней назад я узнал, что Дмитрий погиб, эвакуируя тяжелораненого товарища с передовой. Беломор был из тех солдат-добровольцев, кто шел в самое пекло, понимая, что в этом его долг перед Родиной.

Апостол вернулся живой и здоровый

Я ждал, когда Апостол и его группа вернется с задания. Почему-то решил для себя, что, если не уйду в блиндаж, куда меня поселили, а останусь в гараже, где механики восстанавливали машину с вырванной взрывом крышей, то всё будет хорошо. Когда, грохнув металлической дверью, в бокс ввалился посеревший от пыли Апостол, у меня как камень сняло с души.

«Принимайте машину, — спокойно дал команду замкомбата Григорьев, словно приехал не с передовой, а только вылез из-за баранки городского автобуса. — К утру, братцы, надо сделать».

Спасенную с «передка» машину закатили в гараж и механики сразу полезли в двигатель. Лобовое стекло было выбито, кузов пробит осколками, передние колеса на ободах. На мой удивленный взгляд, как можно разбитую в хлам машину восстановить к утру, Апостол ответил: «И не такие собирали по кусочкам, бывало из двух, трех делали одну, а тут почти целая машина».

«Дядька» похвалил, а это дорого стоит

Как и обещал замкомбата рассказал, как вытаскивали машину. По его словам, им сильно повезло, что повторного налета дронов не было и «буханку» не сожгли дотла, как это нередко бывало. В это время «соседи» армейцы могли начать штурм, и ВСУ, скорее всего, бросили все силы на отражение наступления.

Но расслабляться, как объяснил Апостол, было нельзя, так как тихо на их направлении не бывает. Как только добрались до подбитой машины, её быстро подцепили на трос и потянули. Так парой и ехали до базы. На военном «потянули», это значит летели на предельной скорости, не разбирая ям и воронок от недавних прилетов.

«Везде летают «птички», поэтому давили на газ. Там горбы, ямы, мы по ним летали, пока во время очередного «взлета» трос не оборвался, — устало и совершенно спокойно рассказывал замкомбата. — Вскочили, связали трос и рванули оттуда на все парах.

Было видно, что Апостол доволен тем, что и люди не пострадали, и машину вытащили. В это время по «тапику» (система проводной телефонной связи ТА-57 — ред.) позвонил командир батальона. Григорьев отчитался об успешной эвакуации и восстановлении машины: «Дядька (позывной комбата БАРС-3 Алексея Тарасова — ред.), „буханку“ восстановим к утру, как вы приказали. Парни уже работают».

Судя по улыбке Апостола, можно было понять, что комбат своего заместителя похвалил.