Легендарная РСЗО. Как конструктор Рогожин наладил производство «Града»

«Град» стал самой по­пулярной в мире системой зал­пового огня. Одна из причин в том, что конструктору Рогожину удалось создать технологию массового производства почти без участия человека.

Он сидел в кабинете, заваленном чертежами и отчётами, и смотрел на фотографию «Катюши». Война закончилась, и перед ним, главным технологом НИИ-147, лежало предложение главного конструктора Ганичева — усовершенствовать «Катюшу». Сделать её более мощной, мобильной, дальнобойной.

В стране разворачивалась хрущёвская оттепель, но в оборонке по-прежнему царил железный закон: за промах — строжайшая ответственность. Владимир Рогожин взял в руки карандаш. В этот миг рождался не просто проект нового оружия, начиналась новая эра в истории артиллерии — эра «Градов» и «Смерчей».

Всё начиналось с гильз

Будущий инженер-конструктор родился 110 лет назад, 22 ноября 1915 года, в Туле. Окончил местный механический институт и сразу попал на завод «Новая Тула». В годы войны на нём с нуля разворачивали производство патронов и гильз, и Рогожин, к тому времени ставший начальником цеха, частенько ночевал на предприятии, прямо в своём кабинете.

Макеты 122-мм реактивных снарядов (слева) и разрезной макет зажигательной головной части 9Н510 для РСЗО «Град», видны зажигательные элементы (справа). Фото: Коллаж АиФ

Завод вскоре эвакуируют в Новосибирск, и Рогожин едет туда, почти ничего не прихватив с собой. В Сибири в невероятно сжатые сроки он сумел организовать производство тех самых гильз, заметно наращивая объёмы. Лишь в конце войны он возвращается в Тулу, и то с трудом — отпускать из Новосибирска его не хотели, ведь квалифицированные специалисты везде на вес золота.

И в родной Туле его талант инженера, технолога и организатора производства приходится весьма кстати. После войны правительство СССР продолжает наращивать научный потенциал для развития военной техники и создаёт ряд научно-исследовательских институтов. В 1945-м в городе оружейников открывают НИИ № 147 (ныне НПО «СПЛАВ» имени Ганичева) — предприятие, которому предстоит обеспечивать Советскую армию артиллерийскими гильзами и улучшать уже существующие боеприпасы. Владимир Рогожин приходит на него простым инженером и постепенно, не пропустив ни единой ступени служебной лестницы, дорастёт до генерального директора.

Но это будет потом, а сразу после войны перед НИИ стояла чёткая задача — усовершенствовать гильзовое производство и заменить дорогостоящие латунные гильзы на стальные. «Нам удалось изобрести не только стальные, но и пластмассовые гильзы», — расскажет Рогожин в одном из интервью. Это позволило снизить трудоёмкость и себестоимость изготовления, уменьшить массу гильз и боекомплекта. В 1951 году коллектив специалистов, куда входил и начальник бюро Владимир Рогожин, был награждён за эту работу Сталинской премией.

Головные части для реактивных снарядов систем «Град». Фото: ru.wikipedia.org

«Масштабы и нюансы»

Работа в те годы требовала порой полного самоотречения. Когда Рогожин стал главным технологом предприятия, пришлось жертвовать временем, проводимым с семьёй. Вот что рассказывал об этом периоде его сын Александр:

«Был август, мы жили на даче под Тулой. Приехал отец и сказал, что у него командировка. Что вернётся, наверное, к началу сентября — к школе то есть. И отбыл. Не вернулся ни к 1 сентября, ни к 1 октября, ни к 1 ноября… А уехал-то в рубашке с коротким рукавом. Раз в 10 дней исхитрялся до нас дозваниваться. И всё. Когда вернулся, мы его не узнали: кирзовые сапоги, ватные штаны, гимнастёрка и телогрейка. Ну что ему там нашли, в то и оделся…»

Те, кто работал с Рогожиным, удивлялись, насколько глубоко он пытался вникнуть во все, даже мельчайшие, детали производственного процесса. Каждый рабочий день начинал с обхода завода. Это, как он говорил, позволяло ему постоянно держать в голове «масштабы и нюансы». Для руководителя серийного производства это чрезвычайно важное качество.

«Даже будучи директором, он старался лично вникать во все сферы деятельности предприятия. Совещания проводил коротко, немногословно, без криков и угроз. Вёл себя скорее как наставник, правда, наставник требовательный. Причём в большинстве вопросов проявлял высокую компетентность, как будто он только что к ним подготовился» — так характеризует Рогожина ветеран НПО «СПЛАВ» Владимир Гаранин.

Поворотным в истории предприятия стал 1958 год. Тогда Минобороны решило разрабатывать новые системы залпового огня, а у НИИ-147 как раз существовало проектное предложение, подготовленное главным конструктором Александром Ганичевым. Они с Рогожиным работали в прекрасном творческом тандеме — как голова и руки. Именно их проект на конкурсе был признан лучшим — предложенная туляками система была конструктивно проще и дешевле.

Военнослужащие МО РФ производят наведение реактивной системы залпового огня БМ-21 «Град» на Запорожском направлении. Фото: РИА Новости/ Евгений Биятов

Битва с собой

24 февраля 1959 года вышел приказ Государственного комитета по оборонной технике о начале работ на НИИ-147 над системами залпового огня. Для сотрудников предприятия это дело было абсолютно новым: из вооружений они раньше изготавливали только гильзы, а в числе прочего выпускали, например, самовары и торговое оборудование. Незнакомое производство, как и основы ракетостроения, приходилось осваивать с нуля.

Это была битва на технологическом фронте, и прежде всего — битва с самими собой. Рогожин, вскоре ставший директором, понимал, что на нём лежит колоссальный груз ответственности. Тут-то и пригодилась его привычка дотошно вникать во все детали. Чтобы получился масштаб, требовалось знать нюансы. И он держал в уме каждый.

Подобного производства в Туле раньше не видели: завод работал в три смены шесть дней в неделю, плюс две смены по воскресеньям. И так продолжалось десятилетиями, с 1965 года до перестройки!

Итогом титанического напряжения сил конструкторов и инженеров стала реактивная система залпового огня (РСЗО) «Град» — достойная наследница легендарной «Катюши». Её боевые возможности были проверены в конце 1960-х.

Реактивная система залпового огня (РСЗО) «Град» группировки «Центр» ВС РФ. Фото: РИА Новости/ Станислав Красильников

«Град» положил начало новой отрасли военной промышленности и стал основой для других отечественных ­РСЗО. Если у «градовских» снарядов калибр был 122 миллиметра, то у разработанного следом «Урагана» — 220 миллиметров. Для него же тульские оружейники впервые в мире разработали снаряд с кассетной головной частью — это резко увеличивало эффективность систем. «Ураган» поступил в армию в 1975 году и принимал участие в боевых действиях в Афганистане, помогал нашим союзникам за рубежом (например, при освобождении Пальмиры в Сирии). А следом с конвейера сходили «Смерч», «Прима», «Дамба», «Дождь», «Огонь», «Удав»…

Но именно «Град» стал самой популярной в мире системой залпового огня. За счёт чего? Как объяснял ещё один ветеран «СПЛАВА», Рудольф Кобылин, Рогожину удалось создать технологию «безлюдного производства» с минимальным участием человека, поэтому завод выпускал огромные партии реактивных снарядов (всего их было выпущено более 3 миллионов за три десятилетия). Таким образом, система «Град» обходилась дёшево, вот за ней и выстраивались покупатели. Вдобавок реактивные снаряды были сделаны технически очень грамотно, что обеспечивало хорошую кучность стрельбы.

Русский «Град» на головы ВСУ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

Русский «Град» на головы ВСУ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

© Министерство обороны РФ

За стенами завода

Рабочие завода «СПЛАВ» своего гендиректора Владимира Рогожина за глаза называли интеллигентом. Будучи инженером и технарём до мозга костей, конструктор тем не менее прекрасно знал произведения русских  классиков и при случае мог цитировать наизусть целые поэтические отрывки. К чтению Владимира приохотила его мама, которая работала в библиотеке. Семья вообще сыграла важную роль в жизни Рогожина. Его сын, Александр Владимирович, считает, что отцу удавалось справляться с тяжёлой ношей руководства коллективом и личной ответственности за результаты работы только благодаря поддержке жены, Татьяны Александровны. А ещё Рогожину помогали отвлечься рыбалка и охота.